Новгород

Уральские горы — «камень прсвысочайший зело, яко досязати инем хол­мом до облак небесных» — поразили воображение новгородцев, первыми из русских людей проник­ших в этот сказочный край.

Новгородские купцы и вольные люди-ушкуйники пробирались на восток по рекам на лодках-ушкуях небольшими дружина­ми. Они не только прибыльно меняли у инозем­ной «югры» (предков хантов и манси) свои товары на пушнину — меха собольи, лисьи, бобровые, куньи, но и взимали с нее дань теми же мехами.

С XII в. походы сборщиков дани в югорские земли (территория между Печорой и Уральским хребтом и Северное Зауралье) становятся регуляр­ными, а с 1264 г. новгородцы включают эти земли в число своих волостей. Новгородской волостью была и Пермская земля (Пермь Вычегодская) — жившие здесь племена (предки коми-зырян) еше раньше «югры» стали данниками Руси.

Во второй половине XII в. ушкуйники проникли также в Вятско-Камское междуречье, где жили предки удмуртов («Повесть земли Вятской» относит это событие к 1174 г.), и основали в устье р. Хлыновицы г. Хлынов (Вятку). Хлынов стал центром самостоятельного поли­тического образования, перенявшего традиции Ве­ликого Новгорода. Верховной властью обладало народное собрание — вече. Внешний облик вят­ской столицы имел черты сходства с Новгородом: правильная уличная планировка, бревенчатые мостовые, жилые строения ссверорусского типа. Хлынову подчинялись более мелкие городки, из которых известны Котельнич, Никульчин, Орлов, Слободской. По новгородскому образцу были уст­роены погосты с тяготевшими к ним деревнями.

Новгород рассматривал вятичей в качестве своих подданных. Однако сами жители Вятской республики не желали признавать его верховенст­ва, всеми мерами отстаивая свою независимость. При этом они шли и на заключение временных союзов с владимиро-суздальскими князьями, с конца XII в. начавшими открыто предъявлять свои претензии на приуральские земли.

Владимира- суздальские князья. Волжские булгары. Половцы

В 1178 г. великий князь Всеволод Большое Гнездо заложил в устье р. Юг в Северном Приуралье городок Глялен, рядом с которым в 1212 г. строится г. Великий Устюг, ставший опорной базой владимиро-суздальцев. Они постепенно завладели реч­ными путями и волоками на подступах к Прика­мью.

Однако русская колонизация бассейна Камы на этом этапе не получила развития, в том числе из-за противодействия Волжской Булгарии — тюркского государства, возникшего в X в. и пред­принимавшего немалые усилия к распростране­нию на восток. Еще в 922 г., раньше, чем Русь, волжские булгары приняли мировую религию, но не христианство, а ислам. В сферу политического и культурного влияния сильного Булгарского царства со временем попадает обширная территория, в том числе Верхнее Прикамье.

С XII в. местное население платило харадж (особый налог) правителю булгар. В Прикамье появляются булгарские городки — небольшие торгово-ремесленные фактории. Стремясь закрепиться на новых землях, булгары не боялись идти на вооруженные конфликты с русскими, справедливо считая их своими соперниками. Булгарские отряды доходили до Суздаля и Северной Двины, громили Устюг. Русские войска предпринимали ответные походы. В ходе военной экспедиции, организованной в 1220 г. владимиро-суздальским князем Юрием Всеволодовичем (в ней участвовали и устюжане), русские вышли из «Юстьюга на верх Камы», спустились до ее устья и «взяста по ней много градков» булгар.

Монголы

На дальнейший ход колонизации уральских земель решающее влияние оказало монгольское нашествие. Завоеватели покорили племена, жившие в бассейне средней Оби и Иртыша, а также башкир, южных удмуртов, разгромили Булгарское царство. Значительная часть булгар покидает прежнюю территорию, опустошенную пришельцами, передвигается на земли Предкамья, а также на восток, в юго-западное Приуралье. Одним из следствий «великого похода» монголов и покорения ими половецкой степи был приток в конце XIII-XIV вв. в Поволжье и на юг Урала кочевников-половцев. Булгары и половцы приняли активное участие в этнических процессах на территории Приуралья, прежде всего в этногенезе башкир. Наблюдается постепенная миграция в более северные лесные районы финно-угорского населения Приуралья. Та его часть, которая остается на прежних местах, подвергается тюркизации и мусульманизации.

Под монгольским владычеством оказались и русские княжества. Почти на сто лет прекратились походы русских дружин на восток. В меньшей степени пострадал от врагов Новгород, который не был завоеван и сохранял некоторую независимость от Золотой Орды. За Новгородом оставались по-прежнему его уральские владения; со временем новгородцы возобновляют прежние маршруты на Печору, в Пермь и Югру. Зависимость пермского князя и югорцев от Новгорода была, однако, скорее номинальной, поскольку она ограничивалась нерегулярной уплатой дани. Дореволюционный историк Н. И. Костомаров не без оснований писал о Перми и Югре, что впоследствии «московская власть, подчинивши себе Новгород, покоряла эти страны, считавшиеся новгородскими волостями, как края независимые».

Рука Москвы

Московские князья уже в начале XIV в. стали проявлять активный интерес к новгородским «колониям» на Урале, но действовали осторожно. Первоначально они прибирают к своим рукам Устюг Великий: в 1328 г. Иван Калита выдал дочь за правившего в Устюге ростовского князя Константина, закрепив этим брачным союзом Устюг за великим княжеством Московским. В дальнейшем наблюдается планомерное наступление Москвы на Двину и Печору. Калита добивается от Новгорода права сбора части полагающейся ему дани — в счет его доли в общерусских платежах ордынцам. На землях нынешних коми-зырян Москва устанавливает свой аппарат управления и фактически становится хозяином этой новгородской земли.

Политику Ивана Калиты продолжил Дмитрий Донской. В 1363 г. он отдал земли на Печоре «в кормление» своему наместнику, разрешив ему требовать подводы для разъездов служителей не только с местных жителей, но и с пермяков. В следующем году он отстраняет князя Константина от управления Устюгом, взяв непосредственно на себя и город, и «пермские места Устюгские».

Активность устюжских наместников Москвы побуждала новгородцев к открытой агрессии. В конце XIV — первой четверти XV в. они совершили ряд походов на Устюг, сопровождавшихся жестоким грабежом города. Однако остановить движение Москвы на Урал Новгороду не удалось.