Население уральского региона

В 1863 г. население Урала составило 6,6 млн чел. (9,4 % населения страны), причем 2/3 жителей были сосредоточе­ны в Вятской и Пермской губерниях. Наименее заселенной была Оренбургская губерния (14 % уральского населения).

Прирост населения за 1863-1897 гг. составил 3,3 млн человек (почти 50%). Уровень естественного прироста на Урале был ниже общероссийского: уральские губернии за­нимали одно из первых мест но уровню и рождаемости и смертности. Пермская губерния была третьей в стране по уровню рождаемости и первой по уровню смертности.

По переписи 1897 г., свыше 88 % населения было мест­ным, остальное — пришлым. Во второй половине XIX в. уральские губернии резко различались по структуре при­роста населения: Пермская и Вятская были районами эми­грации, Уфимская и Оренбургская — районами интенсив­ной иммиграции. В губерниях Южного Урала прирост на­селения составлял 70%, причем в основном за счет внут­ренней миграции из европейской части России. Миграция в значительной мере носила земледельческий характер.

В социальном составе Урала по-прежнему доминиро­вали крестьяне, удельный вес дворянства и средних город­ских слоев (купцов, мещан, почетных граждан) был более низким, чем в стране. Удельный вес населения, занятого  в промышленности, находился почти на общероссийском уровне. К 1890 г. в результате начавшегося процесса перераспределения населения между городом и деревней среди динамично растущих сословий на первом месте были мещане, на втором — дворяне, на третьем — крестьяне. Однако в целом это не изменило облик сословной структуры уральскою населения.

К 1897 г. почти 90% населения относилось к сословию крестьян, 4,2% составляли мещане и только 0,2% имели потомственное дворянство. По роду занятий свыше 2/3 жителей занимались сельским хозяйством, более 14% трудились в добывающей и обрабатывающей промышленности, в сфере финансов, торговли, сферы обслуживания, частной службы — около 1 % населения.

Основные демографические показатели уральскою населения — уровень рождаемости, смертности, миграционной активности, структура занятости — были характерны для традиционного общества.

Урбанизация населения

В 1863 г. доля городского населения на Урале составляла 3,8 % (в Европейской части России около 10%), к концу XIX в. она увеличилась до 5,3%. Прирост горожан был вдвое большим, чем общий прирост населения, что соответствовало общероссийским темпам, однако удельный вес горожан оставался вдвое ниже, чем в европейской части России.

Специфика урбанизации на Урале состояла в том, что промышленное население, связанное с главной — горно-заводской отраслью экономики, проживало вне юродов, чаще всею в заводских поселках (к 1850 г. их было 74, к 1897 г. — 108). Во второй половине XIX в. лишь Златоуст приобрел городской статус.

Почти 4/5 уральских городских жителей в 1863 г. проживало в городах, население которых не превышало 20 тыс. человек. В пореформенные десятилетия население этих городов увеличилось незначительно — на 12 %. Лишь 8 уральских городов перешагнули 20-тысячный рубеж. К 1900 г. в них проживало 59 % всех горожан. К крупным городам с населением свыше 50 тыс. человек относились Оренбург и Екатеринбург.

Интенсивно развивались 3 губернских города (Пермь, Уфа и Оренбург) и 3 уездных центра (Екатеринбург, Челябинск, Златоуст). Наиболее развитым в промышленном отношении городом был Екатеринбург, Уфа и Пермь, оказавшись на пересечении пароходных и железнодорожных путей, приобрели важный торгово-промышленный вес. Оренбург играл главную роль в торговле со Средней Азией. Одним из важных железнодорожных центров страны в 1890-е гг. стал Челябинск. Крупные города становились многофункциональными и отличались ускоренным развитием торгово-промышленной сферы. Однако к концу XIX в. 28 из 39 уральских городов оказались вне железнодорожных магистралей. Замедленное развитие было характерным и для северных городов Урала.

Население городов в конце XIX в. значительно выросло за счет мещан, дворян, крестьян. Удельный вес последних среди горожан увеличился почти втрое и превысил 42%. Наплыв крестьян в города усиливался в неурожайные и голодные годы. Это обостряло социально-экономические проблемы города: росли безработица, нищета, нехватка жилья, увеличивалась преступность. Доля горожан, занятых сельским хозяйством, составляла на Урале 8,7% (в Европейской России — 4,6%). В некоторых городах с замедленным развитием (Мензелинск, Камышлов, Верхотурье) этот процент был еще больше.

Треть населения городов края составляли люди активного рабочего возраста (20-40 лот). В города переселялось наиболее работоспособное население соседних территорий.

Предпринимательство на Урале

Областью свободного предпринимательства в регионе во второй половине XIX в. оставались неметаллургическая промышленность и торговля. В 1863 г. купцы 1-й гильдии получили право вести торговые операции по всей стране, деятельность купцов 2-й гильдии ограничивалась уездом и городом. Государство выдавало также торговые документы на мелочную, развозную, разносную торговлю, на содержание торговых помещений. К 1898 г. более 90 тыс. человек имели различные торговые свидетельства.

В 1897 г. 80 % торговых капиталов региона было сосредоточено в городах. В торгово-предпринимательской деятельности были развиты «транзитные» (посреднические) торговые операции, оптовый сбыт местной продукции за пределы региона, снабжение местного населения необходимыми товарами.

До конца 1870 г. нарастал объем торговли на меновых дворах Оренбурга, Троицка, Орска. Оренбургские купцы были монополистами в оптовом обмене товаров со средне-азиатскими торговцами. До середины 1880-х гг. увеличивались торговые обороты Ирбитской ярмарки, однако позднее они стали падать в связи с постройкой Закаспийской, Уральской и Транссибирской железных дорог. В 1900 г. на Урале действовали 70 городских и свыше 1,5 тыс. сельских ярмарок.

Крупными центрами оптового сбыта уральской продукции стали Екатеринбург, Пермь, Оренбург и Челябинск. Оптовая торговля была сосредоточена в руках купцов 1-й гильдии, в торговых домах. На хлебной и мануфактурно- галантерейной торговле нажили миллионные состояния купцы И. Г. Стахеев (Елабуга), А. Губкин (Кунгур), оренбургские купцы Юров, Деев, Зимин, Пустовалов, Оглодков, троицкие и челябинские купцы Холодков, Степанов, Крашенинников, Грибасов, Небогатиковы и другие.

Промышленное предпринимательство сдерживалось монополией горнозаводчиков на древесное топливо. Разработка некоксующегося каменного угля Кизеловско-Губахинского месторождения дала толчок развитию негорнозаводской промышленности, появились мелкие и средние предприятия по обработке сельскохозяйственного сырья, минеральных веществ, металла и т. д.

Сферой активного предпринимательства во второй половине XIX в. стала внеокружная горнодобывающая промышленность, где наиболее удачливыми были предприниматели, которым удавалось занять место производителей-монополистов (90% добычи асбеста было сосредоточено на Баженовском месторождении; единственным поставщиком на внутреннем рынке магнезита оказались арендаторы Саткинского месторождения, построившие завод для производства огнеупорных материалов и т. д.). Состав предпринимателей в этой сфере экономической деятельности был пестрым — крестьяне, дворяне, чиновники, инженеры, иностранцы. Они добывали па Урале платину (43 %), соль (63 %), золото (82 %), весь асбест и т. д.

Со второй половины XIX в. предпринимательский интерес распространился также на горнозаводскую окружную промышленность. Четверть заводов горнозаводских округов в пореформенный период были закрыты или проданы новым владельцам, в основном представителям торгового и иностранного капитала, средин новых горнозаводчиков можно от метить государственного секретаря Л. А. Половнова (Богословский округ), сына железнодорожного учредителя C. П. фон Дервиза (Холуницкий округ), представителей финансовых кругов Франции (Волжско-Вишеровский, Нытвенский округа), Бельгии (Усть-Катавский округ).

Рост наемного труда

Наиболее сложными по составу производственных кадров были уральские горнозаводские предприятия. В больших производственных коллективах (в 1860 г. около 80% хозяйств имели от 500 до 1 тыс. рабочих) выделялись три группы наемных работников: служащие (инженерно-технические и финансово-коммерческие работники), низшие служители (работники неквалифицированного нефизического труда), рабочие (заводские и вспомогательные).

В результате замены руководителей производства из числа практиков-самоучек дипломированными специалистами к началу реформ все ведущие управленческие должности на казенных заводах занимали горные инженеры. Высоким уровнем образования управленческих кадров отличались демидовские заводы. Во второй половине XIX в. на них работала целая плеяда талантливых инженеров — В.K. Рашет, К. П. Поленов, П. Н. Липин, П. Е. Грум- Гржимайло и др. Хорошую техническую подготовку давали технические учебные заведения, готовившие техников и мастеров — Уральское и Турьинское горные, Нижнетагильское и Красноуфимское реальные, Кунгурское техническое училища.

В 1963-1904 гг. состав заводской администрации частных горных заводов и фабрично-заводских предприятий на Урале (включая мастеров) по уровню образования был практически одинаков: около 4 % имели высшее образование, 7-8 % — среднее, более 85 % — низшее или домашнее образование, 2-3 % были неграмотными.

Накануне отмены крепостного нрава на Урале в разных отраслях промышленности, строительстве, на транспорте было занято 375 тыс. рабочих, к 1865 г. — 823 тыс. Облик уральских рабочих в основном определяли горнозаводские, хотя доля их к началу XX в. значительно снизилась.

Горнозаводские рабочие составляли примерно 2/3 горнозаводского населения и были связаны с ним общностью правового, материального, бытового положения. Они вели полусельский образ жизни и были заинтересованы в разных формах землепользования — пашнях, покосах, выгонах. Основным источником пополнения заводских кадров являлось горнозаводское население, приток же крестьян, кустарей был характерен для вновь построенных заводов. В 1897 г. более 80% рабочих и прислуги были местными уроженцами. Вне Урала работали 11 % рабочих. В горнозаводских поселках имелась большая резервная «армия» безработных и полубезработных.

Средняя продолжительность рабочего дня в начале XX в. равнялась 10,5 часам, были распространены сокращенные рабочие, «гулевые» дни. Характерными для Урала особенностями были также высокий удельный вес потомственных рабочих (более 80%), устойчивый кадровый состав предприятий, незначительная текучесть, относительно однородный национальный состав (русские составляли около 90 %), более высокий удельный вес семейных работников (вне семьи проживала лишь 1/4 рабочих), распространение ранних браков, преобладание «малой рабочей семьи» с повышенной рождаемостью (почти половина рабочих семей состояла из 5 человек и более), устойчивость патриархальных отношений в старожильческих и старообрядческих семьях, меньшее использование труда женщин и детей (семья в основном существовала на заработки мужчин), семейное наследование квалификации.

Заработная плата уральских рабочих была гораздо ниже, чем в других регионах страны (в 2-3 раза меньше, чем на Юге России), поэтому получили широкое распространение сельскохозяйственные работы и кустарные промыслы в потребительских целях. Лишь около половины рабочих жили только за счет заработной платы.

К началу XX в. около 38 % рабочих были грамотными (в горнозаводской промышленности России — на 6 % больше). Горнозаводские рабочие по своему облику и образу жизни представляли переходный тип от традиционного к индустриальному населению. С увеличением доли фабрично-заводского пролетариата, появлением новых отрядов рабочих (железнодорожников, машиностроителей, полиграфистов), индустриальными сдвигами в горнозаводской промышленности они начинали преодолевать свой специфический облик, приближаясь к общероссийскому типу.

В целом модернизация в сфере социальных отношений в пореформенный период характеризовалась повышенной мобильностью и урбанизацией населения, расширением масштабов предпринимательства и наемного труда, социальным разделением на собственников средств производства, капитала и наемных рабочих, углублением профессиональной дифференциации. На Урале эти процессы происходили более медленно, чем в других промышленных районах. Горнозаводской Урал, основной наследник крепостной мануфактуры, создавал преграды для социальной модернизации не только в собственной отрасли, но и в регионе в целом.

Уральские предприниматели

Основателями машиностроительных заводов на Урале были Ятес, братья Коробейниковы, Береновы.

В 1844 г. в Екатеринбурге появилось «частное мануфактурное заведение для приготовления разного рода машин», принадлежавшее англичанину П.Э. Тету. Оно производило паровые машины и котлы, поставляемые предприятиям и пароходным компаниям Сибири, Урала и Поволжья. В 1872 г. завод был продан англичанину Гасперу Ятесу, а в 1873 г. его унаследовал Фома Егорович Ятес (1840-1919).

Крупными предпринимателями-пароходовладельцами и судостроителями стали пермские купцы И.И. Любимов, братья Каменские, Н .В. Мешков, которого называют «Уральским Саввой Морозовым». Обладая незаурядными деловыми качествами, он, начав с мелкой торговли, стал одним из богатейших на Урале людей: его состояние оценивалось в 16 млн руб. Ему принадлежали 27 почтово-пассажирских и 19 грузовых пароходов, 66 дебаркадеров, сотня барж, пакгауз-склады. Н.В. Мешков был известным общественно-культурным деятелем дореволюционной Перми.

И.И. Любимов был инициатором создания и организатором строительства первою в России содового завода. В 1887 г. он основал совместное с иностранными партнерами предприятие — акционерное общество «Любимов, Сольвэ и К»». Иностранные партнеры за деловую хватку называли его «русским американцем».

К числу крупных екатеринбургских предпринимателей принадлежали Злоказовы, семейным бизнесом их было вначале винно-водочное производство, а к концу XIX в. — суконное. Крупнейшими виноторговцами Челябинска считались купец П.И. Перцев, братья Покровские.