Территория Урала при НЭПе

На Урале в 20-е гг. был проведен эксперимент административно-территориального районирования, приведший к известному обособлению Уральской об­ласти от центра.

Районирование государства было задумано боль­шевиками сразу после окончания гражданской вой­ны. Для перехода к новому административно-террито­риальному делению в стране было решено выбрать один промышленный и один сельскохозяйственный край и провести в них эксперимент. В качестве про­мышленного региона был выбран Урал, который сла­вился тенденциями к сепаратизму еще в дореволю­ционный период. 3 ноября 1923 г. ЦИК СССР принял постановление об образовании Уральской области, в состав которой вошли Екатеринбургская, Пермская, Челябинская и Тюменская губернии. По территории Уральская область превосходила Англию, Францию, Германию и Италию, вместе взятые.

В Уральской области первоначально было образовано 15 округов, а в 1925 г. был создан еше один — Коми-Пермяцкий национальный округ. Область объединяла 205 районов, 87 городов, населенные пункты 3100 сельских Советов. Административным центром Уральской области считался г. Екатеринбург (с 1924 г. — Свердловск), в котором находились областной съезд Советов и облисполком Уральского областного Совета, органы управления, которые получили по реформе районирования гораздо больше прав и полномочий, чем прежние органы местной власти — губернские съезды Советов и губисполкомы. В Екатеринбурге-Свердловске функционировал также Уральский областной комитет партии большевиков, в руках которого находилась реальная власть.

Окружные исполкомы получили почти такие же полномочия, какие имели прежде губернские, а районные — такие же, как прежде уездные. Уральский опыт перехода на новое административно-территориальное деление был использован при районировании в других краях страны.

Уральская область в границах районирования на 30 июля 1924 года

Территория Уральской области превосходила территорию Англии, Франции, Германии, Италии, вместе взятых.

Население Урала при НЭПе

В начале 20-х гг. численность населения Урала продолжала сокращаться. На это влияли трудная экономическая ситуация, голод 1921/1922 гг., которые вызвали высокую смертность населения, низкую рождаемость и отток населения с Урала. За период между переписями 1920 и 1923 гг. численность уральцев сократилась на 581 тыс. человек.

Однако в этот же период через территорию Урала проходила интенсивная миграция населения из голодающих районов Центральной России и Поволжья. Многие из них оседали на Урале, особенно в тех губерниях, где положение с продовольствием было относительно благополучное. В 1923 г. население Уральской области составило 6,4 млн человек, из них 1,2 млн проживало в городах.

Экономика Урала при НЭПе

Экономика Урала к началу 1921 г. находилась в тяжелом состоянии. Промышленность за период гражданской войны понесла убытки в размере около 0,5 млрд руб. золотом. По всему Уралу в декабре 1920 г. работало только 9 доменных печей, 10 мартенов и примерно столько же рельсовых, трубопрокатных листовых станов. Грузооборот железнодорожного транспорта составлял менее 1/4 довоенного.

Меньше пострадало сельское хозяйство. По сравнению с довоенным периодом его валовая продукция сократилась вдвое, товарная — в 4 раза. Конфискация «излишков» продукции у крестьян осенью 1920 г., а также сильная засуха лета 1921 г. поставили на грань гибели большое число городского и сельского населения, особенно Южного Урала.

Сложная экономическая обстановка как в городе, так и в деревне привела к резкому обострению социально-политического кризиса, который наблюдался еще с весны 1920 г. и был вызван недовольством проводимой большевиками политики «военного коммунизма». Вслед за выступлениями крестьян на Украине, Тамбовщине, в Поволжье, рабочих в Астрахани и Кронштадте в борьбу включилось и население Урала.

Под лозунгом «Советы без коммунистов!» осенью 1920 г. начались волнения в Красноуфимском уезде Екатеринбургской губернии, затем в Тюменской и Челябинской. Несколько позже крестьянские выступления прокатились по восточным уездам Екатеринбургской губернии — Шадринскому, Верхотурскому, Камышловскому, Троицкому и Верхне-Уральскому. Наибольшую опасность для большевиков представляли события в Тюменской губернии, где крестьяне захватили участок транссибирской железнодорожной магистрали между станциями Ялуторовск и Ишим, нарушив этим самым снабжение промышленных районов Европейской России хлебом Сибири. В захваченном ими Тобольске было создано правительство в лице Крестьянского Совета. По разным сведениям, в выступлении участвовало от 60 до 200 тыс. крестьян.

На подавление западносибирского восстания были направлены части Красной Армии. Выступление крестьян было подавлено к концу февраля 1921 г. Одновременно лидеры большевиков поняли, что в условиях мирного времени меры «военного коммунизма» себя исчерпали и для выхода из экономического и социально-политического кризиса нужны новые стимулы и экстренные меры для стабилизации политической обстановки.

Новая экономическая политика, переход к которой начался по стране в целом весной 1921 г., представляла из себя систему мер, последовательно осуществлявшихся в различных отраслях народного хозяйства, направленных на создание многоукладной экономики, ведущими секторами которой были государственный, кооперативный и частный.

Весной 1921 г. возник социально-политический кризис.

Сельское хозяйство

На введение НЭПа на Урале сдерживаю-  щее влияние оказали засуха 1921 г. и страшный голод 1921 -1922 гг. Они поразили многие уезды Пермской и Екатеринбургской и практически полностью Челябинскую и Оренбургскую губернии, Башкирию и Вотскую автономию. Ситуация с продовольственным снабжением обострилась еще более вследствие того, что Урал считался благополучным регионом по сравнению с Поволжьем, откуда на Урал хлынул поток беженцев. В результате в апреле-мае 1922 г. в Челябинской, Пермской и Уфимской губерниях голодало свыше 2,5 млн человек, в Екатеринбургской и Тюменской — около 3 млн.

На борьбу с голодом поднялись государственные органы, общественные организации, церковь. На Урале в 1921 -1922 гг. были созданы губернские и уездные комиссии помощи голодающим, в которые вошли представители различных политических сил, включая кадетов. Повсюду был организован сбор денежных и материальных средств, проводились сверхурочные работы, субботники, воскресники, средства от которых направлялись на закупку продовольствия. Осуществлялись меры по доставке на Урал продовольствия и семенного материала из благополучных регионов страны и из-за рубежа. Только из Сибири на Урал было направлено 17 эшелонов с продовольствием.

Большая часть продуктов питания, зерна шла на Урал через АРА (Американская администрация помощи), представители которой во многих уездах края открыли общественные столовые и врачебопитательные пункты. В начале 1922 г. только в города Челябинской губернии поступило из-за границы 35 вагонов с рисовой крупой, пшеничной мукой, сушеными фруктами и медикаментами. Активную деятельность по обеспечению хлебом рабочих Урала развернул американский промышленник А. Хаммер, пообещавший в обмен на получение одного из уральских предприятий в концессию поставить в край 1 млн пудов хлеба. Из-за рубежа оказывали уральцам и производственную помощь.

С июля 1922 г. в совхозе Тойкино Сарапульского уезда Пермской губернии работал тракторный отряд, созданный «Обществом друзей Советской России» в США, которым руководил агроном Гарольд Вэр. Принятые меры позволили создать на территории Урала семенной фонд, обеспечить посевную кампанию, наладить сеть общественного питания.

Осенью 1922 г. стали ощущаться первые результаты изменения аграрной политики. Этому во многом способствовали благоприятные погодные условия. С 1922 по 1928 гг. область не знала ни одного неурожайного года, поэтому ежегодно происходил прирост валового сбора и товарной части зерновых. В 1925 г. сельское хозяйство Урала приблизилось к довоенному уровню.

Сильно изменилась в годы НЭПа и социальная структура уральской деревни. К 1925 г. две трети крестьянства относились к середнякам, которые вместе с зажиточным крестьянством давали основную массу товарной продукции. В первые годы НЭПа  на Урале развивалась преимущественно простейшая сельскохозяйственная кооперация, которая к концу 1925 г. охватывала свыше 30 % крестьянских хозяйств. Количество колхозов в это время было незначительным.

Середняки и зажиточные крестьяне давали основную массу товарной продукции.

Промышленность

Новая экономическая политика в промышленности сопровождалась процессом ее денационализации и переводом большинства промышленных предприятий на хозяйственный расчет. В условиях отсутствия у государства денег на содержание всей промышленности лишь важнейшие предприятия были оставлены на финансировании государственного или местного бюджетов, а остальные вынуждены были пуститься в плавание по волнам рыночной экономики.

Лучшие современные, необходимые для нужд государства предприятия объединялись в промышленные тресты и синдикаты, которые составили «командные высоты в экономике» и на которые опиралась Советская власть. На Урале в 1922 г. было организовано 17 промышленных трестов. Шесть металлургических трестов объединились для развертывания коммерческой деятельности в синдикат «Уралмет» — один из крупнейших в стране. Деятельность всей государственной промышленности возглавляло Уралпромбюро ВСНХ, а с 1924 г. — Уралоблсовнархоз, подчиненный ВСНХ.

Местная промышленность объединялась в промкомбинаты, наиболее рентабельные предприятия управлялись губсовнархозами и финансировались из местного бюджета. Остальные предприятия либо перешли в собственность коллективов, либо продавались частному, в том числе иностранному капиталу. Однако специфика уральской промышленности проявилась и здесь. Дело в том, что частные лица охотно вкладывали капиталы в предприятия легкой или пищевой промышленности, добычу ценных полезных ископаемых, где оборачиваемость капиталов была быстрая. Большая часть уральских предприятий относилась к обрабатывающей промышленности, что делало их непривлекательными для инвесторов. Это приводило к закрытию предприятий и увольнению рабочих.

Частная аренда на Урале не привилась, к 1925 г. было арендовано всего 111 предприятий с количеством рабочих 2260 человек.

Следует отметить примеры сотрудничества с иностранным капиталом. 29 октября 1921 г. Совнаркомом был утвержден концессионный договор между Советским правительством и американским предпринимателем А. Хаммером на концессию асбестовых рудников в Алапаевском районе. А. Хаммер завез на рудник новое оборудование, специалистов, вложил средства для его восстановления. К 1925 г. производство асбеста на руднике достигло довоенного уровня, стало рентабельным. Советское правительство объявило торговую деятельность компании «Аламерико» спекулятивной и под этим надуманным предлогом в 1927 г. не продлило концессионный договор, а рудники и предприятия со всеми машинами и механизмами были национализированы.

Другим примером сотрудничества с иностранным капиталом был договор, заключенный в ноябре 1925 г. с английской компанией «Лена Голдфилдс лимитед», которая стала самой крупной концессией на территории Советского Союза. Наряду с приисками Сибири и горнорудными предприятиями на Алтае, концессии был передан ряд предприятий на Урале: Ревдинский, Сысертский, Бисертский, Северский металлургические и Полевской медеплавильный заводы, Дегтярский и Зюзельский медные рудники, ряд лесосек и шахты Егоршинского угольного бассейна. К концу НЭПа на уральских предприятиях концессии было занято около 3 тыс. рабочих. Концессия была ликвидирована в начале ЗО-х гг. также под надуманным предлогом.

В связи с успехами в восстановлении сельского хозяйства и повышении его рентабельности часть средств стала направляться на строительство и реконструкцию промышленных предприятий. Тем более что по мере восстановления сельскохозяйственного производства крестьяне предъявляли все больший спрос на машины и инвентарь. Одной из особенностей развития уральской промышленности в годы НЭПа было то, что ей удалось переориентироваться с общероссийского на местный рынок и найти сбыт своей продукции, прежде всего в уральской деревне. Уральские металлургические заводы наладили выпуск плугов, молотилок, сепараторов, кос-литовок, вил и т. п., так необходимых крестьянству. Емкий крестьянский рынок Урала стал требовать более сложных механизмов, и в 1925 г. на уральских полях работал 341 трактор. Началось использование электричества в сельском хозяйстве. В 1925 г. дала ток сравнительно крупная для того времени Горюхалинская ГЭС в Оханском районе Пермского округа, и первое электричество пришло в дома крестьян.

Уральская промышленность была перестроена с общероссийского на местный рынок.

В середине 20-х гг. начался перевод ряда металлургических заводов Урала на минеральное топливо. Первые опытные плавки на кузнецком коксе прошли в 1924 г. на ряде заводов Урала, а в 1925 г. каменный уголь, кокс и нефть составляли уже 38 % всего топлива уральской промышленности.

К лету 1927 г. был разработан «Генеральный план развития хозяйства Урала», представлявший собой уникальный документ. Это была научно обоснованная попытка перспективного планового развития крупнейшего промышленного региона страны на базе новой экономической политики. Он был рассчитан на 15 лет и предусматривал комплексное развитие Урала — не только тяжелой индустрии, но и других отраслей экономики. При обсуждении в ВСНХ и Госплане СССР в него были внесены существенные поправки, которые свидетельствовали о том, что экономический курс государства к концу 20-х гг. менялся в сторону индустриального развития. Разработчиков плана критиковали за недооценку значения тяжелой индустрии, невысокие темпы развития ее ведущих отраслей — машиностроения, химии, энергетики.

Выделенные государством средства направлялись в основном на реконструкцию наиболее отсталой отрасли уральской экономики — металлургическую промышленность. Большинство заводов имели крайне устаревшее оборудование и использовали древесное топливо. В 1927-1928 гг. началась их реконструкция, вошли в строй реконструированные цехи динамного железа и трансформаторной стали на Верх-Исетском заводе, жестепрокатный и штамповочные цехи в Лысьве, цех рельсового скрепления в Нижней Салде, доменная печь на Кушвинском металлургическом заводе. Реконструкция изменила облик горных заводов Урала. Старые строгановские и демидовские заводы превратились в новые современные металлургические предприятия.

В итоге реконструкции число предприятий сократилось, а выплавка чугуна была сосредоточена на наиболее крупных заводах.

Продолжались работы по переводу уральской металлургии на минеральное топливо, и его удельный вес в топливном балансе в отрасли к концу НЭПа достиг 50 %.

В конце 20-х годов на Урале началось новое промышленное строительство. В 1926 г. стал возводиться один из самых крупных и технически передовых предприятий — Красноуральский медеплавильный комбинат. В июне 1927 г. Совет Труда и Обороны СССР принял постановление о строительстве в Свердловске завода тяжелого машиностроения. Началось оно в 1928 г. силами созданного в марте государственного управления — Уралмашстроя.

В ноябре 1927 г. в Соликамске, на базе открытых в 1926 г. богатейших в мире залежей калийных солей, был заложен рудник — первенец отечественной калийной промышленности. В 30 км от Соликамска началось сооружение крупнейшего в Европе Березни-ковского химического комбината.

Развитие хозяйства Урала требовало усиления электроэнергетической базы и транспортных связей. В 20-е гг. были введены в строй новые электростанции, реконструированы первенцы плана ГОЭЛРО — Кизиловская и Егоршинская ГРЭС. В целом же мощности электростанций Урала увеличились по сравнению с довоенным временем в 4 раза.

Транспорт

По насыщенности железными дорогами Урал отставал от основных промышленных районов страны. На одну тысячу квадратных километров территории Уральской области приходилось 3,5 км железных дорог, тогда как в центральной европейской части страны 10,6 км. В последние годы НЭПа проводилась техническая реконструкция железнодорожного транспорта. В 1929 г. закончилось строительство железной дороги Карталы — Магнитная. В 1928 г. всего за четыре месяца была построена железная дорога Усолье — Соликамск. Началось строительство железных дорог Свердловск — Курган, Троицк — Орск.

Важную роль в хозяйстве Урала играл водный транспорт. Поскольку именно на Западном Урале в районах Соликамска и Березников шло активное промышленное строительство, на Каме началась реконструкция крупных портов и прежде всего Пермского речного порта, наиболее крупного по грузообороту.

Несмотря на очевидные успехи, достигнутые в развитии экономики Урала в годы НЭПа, оно сопровождалось рядом серьезных трудностей, которые тормозили широкое распространение нэповских принципов и делали туманными дальнейшие перспективы развития новой экономической политики.